Мясной коровой был, в генетика влюбленной…
- Я был язычником взалкавшим любви богов, но ими же распятый…
- И где ты такие слова берешь?
- Не отвлекайся, твой ход.
- Распятый, распятый… Раз пятый захожу на кухню, а там еды все нет и нет…
- Ну, мы же договорились, Поли! Не нарушай правила!
- Ладно, ладно. Я был крестом язычника принявшим, и тем холмом, где крест поставлен, был…
- Гуманоиды, вы меня пугаете! Откуда столько мрачности в строках?!
- Я был кустами на холмах, отягощенными плодами…
- О едеееее… Мучитель!
- Тебе, Жень, не угодишь.
- А я вот добью тебя. Плодом я был и в сочную траву ронялся…
- Грамотей!
- Подождите, я строчку не расслышал, у Поли так громко живот бурчит!
- Я сочной был травой, питал буренок с томным взором…
- Мясной коровой был, в генетика влюбленной…
- Аааа, выпустите меня из этого гастронома, меня уже с ума сводят голодные галлюцинации…
- Привыкай, голод - это значительная часть жизни мутанта.
- Пойду к генетикам, пусть мутируют меня в фотосинтезирующую водоросль.
- Тогда рискуешь быть съеденной, теми же генетиками. Видела, что у них в лаборатории с растениями твориться? Даже листья кто-то обкусал.
- Не, это Мирука своего кролика подкармливает, он же не фукамизированный, долго без еды не протянет.
- Я кроликом пушистым был, травой генетиков вскормленный…
Мембрана кухни щелкнула, в проем сунулась голова дежурного.
- Поэтический ужин?
- О, смейся, смейся пастырь вычислительных машин…
- Пойдем, транспорт разгружать, продовольствие прибыло.
- Виу! Я вестью был благой и вестником из Марафона…
Ребята оживились и повскакивали, только Женя осталась сидеть:
- А может на челнок перегрузим, и еще в деревню. Я потерплю, а там дети…